Статьи // Superstyle
Пять одеколонов для любимого
Елена Афанасьева
- Терпеть не могу эти гендерные праздники! – вопила Машка, принюхиваясь к очередному, двадцатому по счету аромату мужской туалетной воды, прыснутой из флакончика тестера на запястье. – Все запахи в один смешались! Голова от этого ароматического коктейля уже болит. И как только бедные продавщицы в таких благовониях целый день выстаивают?!
Накануне 23 февраля, плавно трансформировавшегося в нашей стране из профессионального праздника военных в тотальный праздник всех мужчин, наша обычная еженедельная встреча с подругами неизбежно перенеслась из любимой кофейни в отдел мужской парфюмерии ближайшего к кофейне магазина. Некоторым из нас требовалось выбрать мужьям и «не мужьям» подарки.
- У продавщиц парфюмерных отделов аллергия – профессиональное заболевание, – отозвалась ничего не выбирающая Ксюха. Подарки она предпочитала получать, а не дарить, покупать дары для своих постоянно меняющихся приятелей, бой-френдов и любовников считала ниже своего достоинства, но к новым мужским ароматам принюхивалась. На всякий случай.
– По статистике больше половины продавщиц уже через два месяца работы перестают пользоваться духами и туалетной водой.
- Еще бы не перестать! – кивнула головой Настя. – Нанюхались, бедненькие! Мне и тех двадцати восьми минут, что мы в отделе мужской парфюмерии толчемся, вполне достаточно, чтобы возненавидеть все эти запахи навсегда.
- А попутно возненавидеть и тех, для кого ты эти запахи выбираешь, - согласилась не оставляющая попыток найти идеальный аромат Машка. И прыснула на свое запястье из двадцать первого флакончика.
- Марья, ты три дня вонять будешь! Вадик принюхиваться станет, и допытываться будет, почему от жены мужским одеколоном пахнет.
- Отмоюсь! – махнула рукой Маша.
- Не отмоешься. По твоему запястью теперь можно подобрать идеальный аромат только для слона. Мужской парфюм в таких дозах способен не отбить нюх разве что у такого большого животного. Лично у меня твои эксперименты нюх отбили начисто, – попыталась остановить Машкины поиски я.
- Тебе хорошо говорить, - огрызнулась Марья. – Ты теперь девушка холостая, имеешь права не забивать себе голову вопросом, что же такое подарить драгоценному супругу на 23 февраля, чтобы и семейный бюджет не пострадал, и чтобы до следующего февраля не пришлось самой вдыхать раздражающий тебя запах.
- Что за манера поздравлять с Днем защитника отечества тех, кто это отечество вовек не защищал?! – кокетливо приподняла одну бровь Ксюха.
Приподнятая бровь адресовалась не нам, а симпатичному менеджеру магазина. Но менеджер на блистающую роскошью недавнего азиатского загара Ксюху внимания не обращал. Напротив, весь свой менеджерский пыл щедро дарил единственному на весь отдел мужской парфюмерии покупателю мужчине, смотревшемуся в стаях выбирающих подарки для своих благоверных дамочек как попугай, случайно залетевший в курятник.
Менеджер расхваливал мужику какие-то кремы, весьма интимно нанося на ладонь покупателя ласково втирая в эту ладонь то один, то другой образец. Разобравшись, что тратить свои чары на подобного представителя противоположного пола бесполезно, Ксюха бровь опустила, и чуть заметно кивнула головой в его сторону:
- Такую разновидность мужской расы тоже поздравлять прикажете?
- Вот и я говорю, что ненавижу все эти праздники по половой принадлежности, - поддакнула Маша. – Но первый год нашей совместной с Вадиком жизни я рискнула подарок на 23 февраля ему не приготовить и стол в этот мужской день не накрыть. В моей семье это как-то не было принято, папа день создания Красной Армии за праздник не считал. И я не посчитала, так обиды было – Вадик до сих пор вспоминает.
- А то, что он тебе на рождение дочери никакого подарка не подарил – это он не вспоминает? – язвительно поинтересовалась Ксюха, вспомнившая как много лет назад вернувшаяся из роддома Машка, пока наши мужья пили за их дочку в комнате, рыдала на кухне. Нам тогда с трудом удалось вытащить из нее признание, что она, наивная, ждала от мужа какого-то подарка в честь рождения их дочери. По крайне мере, так было принято во всех семьях Машкиных родственников и друзей. Но ее мужу это и в голову не пришло.
- У них в семье, видите ли, не было принято на рождение ребенка подарки дарить, а чужие праздники праздновать было принято. Так что 23-го и подарок, и праздничный ужин для дорогого супруга – вынь да положь… Впрочем, последние года два стали обходиться без ужина. У них там какие-то корпоративные отмечалки в ресторанчиках происходят, что меня от очередной тонны салата «Оливье» и спасает. Но попробуй стандартный набор одеколон-галстук-трусы не подари, обиды будет!
- Растет благосостояние отечественных корпораций! – отозвалась Настя. – Прежде праздновали нарезкой и маринованными огурчиками из ближайшего супермаркета, выпивая из одноразовых стаканчиков. А теперь, гляди-ка, по любому поводу ресторанчики!
- Растет! – согласилась Машка. – Только в прошлом году этот рост привел к тому, что точно такие же одеколоны, как я Вадику купила, ему еще четыре его подчиненные подарили.
- Пять одинаковых флаконов – девальвация самой идеи подарка, - аккуратно прокомментировала Настя.
А более решительная Ксюха вслух произнесла повисший в воздухе вопрос.
- И с чего это подчиненные твоему мужу дорогие одеколоны дарят?
Сомнений насчет сестры мужа нашей подруги у нас не возникло, но вот подчиненные...
- И я у Вадика спрашивала, с чего?
- Что ответил?
- Что зарплаты у них на фирме, видите ли, повысились, и дамочки могут себе позволить начальника такими знаками внимания одаривать.
- Мой бывший муж Игорек года два назад на 23 февраля тоже принес домой точно такую туалетную воду как та, что я для него приготовила, - вспомнила Настя. – И тоже на корпоративной вечеринке на полночи задержался. И тоже на подчиненных списывал. Что, дескать, он, бедный, может поделать, если сотрудницы скинулись и любимому шефу дорогой парфюм выбрали. Только когда мы в прошлом году в пылу развода отношения выясняли, раскололся, что никакой корпоративной пьянки не было, а был тет-а-тет с любовницей, и парфюм был тоже от любовницы. Игорек еще и вывод сделал, что «женщины, выбирающие одного и того же мужчину, и аромат выбирают один и тот же».
Я дернула Настю за рукав, но было поздно. Машка растерянно посмотрела на Настю.
- Думаешь и Вадик…, - начала, было, она, но Ксюха ее решительно перебила:
- А таких же трусов, какие как ты мужу подарила, среди даров подчиненных дамочек не наблюдалось?
- Скажешь тоже, - смутилась Машка. – Трусы – вещь интимная.
- Аромат – вещь куда более интимная! – Настаивала Ксюха. – Трусы твой муж в определенный момент с себя снимает, а аромат и в этом самом случае на нем остается.
- Так что проверь в этом году количество флаконов, - посоветовала Настя. - Пять одеколонов для любимого мужа – это еще ничего. Четыре конкурентки опасности не представляют, сами друг друга на работе и перегрызут, а твой Вадик при тебе останется.
- Но если обнаружишь кроме собственного еще только один флакончик, да еще и точно такой как твой, - продолжила Настину мысль Ксюха, - тогда бей в барабаны, труби в трубы, мы все как одна брак твой спасать побежим. Кстати, забыла спросить, а ты сама на Восьмое марта такие же духи, как Вадик тебе подарил, никогда домой не приносила?
