Статьи // Ежедневный журнал
Телевидение власти.
Елена Афанасьева
В мае 1992 года государственное телевидение России - ВГТРК и телеканал, именовавшийся в ту пору РТР - праздновали свой первый день рождения. И ведущая вечера Светлана Сорокина буквально вытащила тогдашнего премьер-министра России Ивана Силаева на сцену, где обнаружился и рояль, точнее, баян в кустах. Как ни сопротивлялся Силаев, Светлана таки уговорила его сыграть на баяне, и несколько следующих минут премьер отчаянно фальшивил в прямом эфире…
…В ближайшие выходные государственное телевидение России будет праздновать свое пятнадцатилетие. Праздновать будет в Кремле. И вряд ли в программе праздника предусмотрена игра премьера Фрадкова на каком-либо музыкальном инструменте. Не пойдет на это теперешний премьер. А ведущие вечер нынешние телезвезды и просить не будут. Время не то. Власть не та. «Звезды» не те. И государственное телевидение не то…
Созданное в мае 1991-го как альтернатива Гостелерадио, за полтора десятка лет собственной истории российское телевидение прошло тот же путь трансформации, что и большинство созданных в то время российских структур. Если вы еще помните события 1990-1991 годов, в ту пору создавалось много чего российского. Обнаружив, что в Советском Союзе имелись республиканские структуры всех государственных, партийных и общественных организаций, кроме собственно российских структур, силы, называемые в ту пору «демократическими», активно взялись за создание Российской компартии, Российского комсомола, Российских профсоюзов, Российской академии наук и т.д. Отпочковавшиеся от союзных монстров их российские подразделения, по сути, становились их главной оппозицией. Чтобы через год-полтора, после развала СССР, самим начать процесс превращения в тех самых монстров, борьбой с монополизмом которых было и обусловлено их рождение.
Российское телевидение - ВГТРК и принадлежащий корпорации телеканал, именовавшийся в ту пору РТР – в мае 1991-го были глотком свежего телевизионного воздуха. Тройка лошадей, несущаяся в заставке такой не похожей на тогдашние официозные новости программы «Вести», в сознании зрителя ненадолго стала символом другого телевидения - телевидения неказенного, надпартийного. И этому новому телевидению зрители прощали многие просчеты и огрехи, и серьезные, и смешные, как ту, что лошадиная тройка в заставке «Вестей» была запряжена не по правилам. Понимающие в лошадях люди уже позже объяснили телевизионщикам, что в такой упряжи тройка просто не смогла бы скакать. Но даже после этого заставку решили не менять. Слишком много было связано с той телевизионной «птицей-тройкой» - и первый эфир «Вестей» со Светланой Сорокиной. И работавшие в кадре совсем молодые Евгений Киселев, Александр Гурнов, Владислав Флярковский, Юрий Ростов, Дмитрий Киселев. И первые прямые эфиры программы «Без ретуши», куда на растерзание журналистам приходили тогдашние кандидаты в российские президенты (Ельцин, правда, так и не дошел). И прямые трансляции вершивших судьбы страны съездов российских депутатов – воистину первое реалити-шоу в российском телеэфире. Рейтинги телетрансляций в те годы еще не измеряли, но рейтинг влияния тех «реалити» на судьбы страны вряд ли когда-нибудь еще какой-то телепрограмме удастся повторить или превзойти.
Телевидение новой российской власти вместе с этой властью рождалось из оппозиционности. И этой оппозиционностью упивалось. Ведь оппозиции дозволена легкость, вольность, провокационность, которая при полновесности власти уже не позволительна. Но в этой уникальной ситуации власти, которая по своей сути была оппозицией, и российская власть, и ее телевидение просуществовали всего несколько месяцев. А уже в декабре того же 1991-го стали реальной властью и ее государственным в полном смысле этого слова телевидением.
У пятнадцатилетней истории государственного телевидения России как минимум три основных этапа. Этапы эти столь разительно отличаются друг от друга, что к